Традиционное ремесло резьбы по камню для надгробий в районе Нисидзин в Киото сталкивается с проблемами передачи из поколения в поколение
Киото — В марте 2025 года старейшая камнерезная мастерская «Сандо Секзай», расположенная в районе Нишидзин города Киото, отметила 120-летие со дня основания. Однако за этим празднованием скрывается серьёзный кризис преемственности — единственный сын седьмого поколения наследников, Юдзи Сандо, ясно дал понять, что не намерен продолжать семейное дело.
Район Нишидзин давно известен своими высококачественными тканями, но мало кто знает, что здесь также сохраняется одна из самых изысканных традиционных техник каменной резьбы в Японии. В конце XIX — начале XX века, с приходом западных похоронных традиций после Реставрации Мэйдзи, камнерезы Нишидзина начали сочетать европейские методы резьбы по камню с японскими традиционными технологиями, постепенно формируя уникальный стиль «Нишидзин сэккоку», отличающийся плавными линиями и чёткой структурой, особенно мастерски передающий тончайшие текстуры на поверхности гранита.
«Мой прадед научился западной технике резьбы, помогая британскому мастеру в церкви», — рассказывает 68-летний Юдзи Сандо, сидя на деревянной скамье в мастерской и глядя на старую фотографию на стене. — «В то время в высших кругах Киото стали популярны западные надгробия, и мой дед воспользовался этим, объединив восточные и западные элементы.»
По данным Японской ассоциации каменной промышленности, количество мастеров традиционной резьбы по камню для надгробий в стране сократилось с примерно 8 тысяч в 1990 году до менее 3 тысяч в настоящее время, при среднем возрасте специалистов свыше 58 лет. Эта тенденция особенно заметна в Киото — в период расцвета в Нишидзине работало более 20 мастерских, сейчас же лишь три продолжают принимать заказы.
Рост затрат считается одной из главных причин ухода молодого поколения. Юдзи Сандо сообщает, что традиционная ручная резьба среднего по размеру надгробия занимает от двух до трёх месяцев, а стоимость материалов и труда составляет около 1,5 миллиона иен (примерно 700 тысяч рублей), при этом рентабельность мастерской не превышает 15%. «Современная молодёжь считает, что тратить столько времени на один продукт невыгодно, лучше работать на конвейере и зарабатывать быстрее.»
С другой стороны, изменения в социальной структуре Японии коренным образом меняют спрос на надгробия. По статистике, доля одиноких домохозяйств в стране превысила 35%, и после смерти пожилых людей, живущих одни, часто нет родственников, которые могли бы организовать традиционные похороны; одновременно растёт число желающих выбрать естественные способы захоронения, такие как захоронение под деревьями или в море. Юдзи признаёт, что количество заказов в прошлом году сократилось почти на 40% по сравнению с пятью годами ранее.
Чтобы спасти эту традиционную ремесленную отрасль, в марте этого года Культурное управление города Киото включило «Нишидзин сэккоку» в список нематериального культурного наследия муниципального уровня и выделило субсидию в размере 6 миллионов иен на создание бесплатных обучающих курсов для молодёжи. Кроме того, мастерская сотрудничает с факультетом ремёсел Университета Киото Сейка, проводя специализированные лекции по «Искусству камня и современному дизайну похорон», пытаясь с академической точки зрения переосмыслить эстетическую ценность резных надгробий.
«Традиции не должны оставаться неизменными», — говорит Юдзи, проводя рукой по ещё неоконченной гранитной плите. — «Поколение моего деда привнесло западные технологии, поколение моего отца внедрило современное оборудование в производственный процесс. Сейчас очередь за молодыми — думать, как идти дальше в следующие 120 лет.» Он делает паузу и добавляет: «Только вот мой собственный сын так не думает.»
Три месяца назад Юдзи Сандо принял в ученики свою последнюю в жизни ученицу — 26-летнюю девушку из факультета скульптуры Университета префектуры Хёго. Она рассказала, что решила учиться здесь, увидев в Instagram видео с резьбой по камню, опубликованное мастерской Сандо. «Камень не лжёт», — объяснила она свой выбор. — «Каждый удар — это реальность. Такое ощущение я не могу найти в цифровой скульптуре.»
За окном улиц Киото туристы поднимают камеры, чтобы сфотографировать исторические здания. А в этой старой мастерской, пропитанной запахом каменной пыли, молодая ученица держит стальной зубило, направляя его на необработанный синий камень. Рядом с ней опытный мастер за шестьдесят терпеливо показывает угол захвата зубила. 120 лет мастерства тихо ждут следующего столетия в каждом ударе молотка и резца.
(Конец)
Корреспондент: Мисаки Сато, Киото